«ФРГ на стороне Турции»: почему Меркель не защищает Грецию

«ФРГ на стороне Турции»: почему Меркель не защищает Грецию

Reuters

В Берлине проходит встреча глав МИД ЕС. Одной из острых тем для обсуждения стало противостояние Греции и Турции из-за ресурсов Средиземного моря и спорных вод. Отношения между сторонами находятся на самом низком уровне за последнее десятилетие. Афины, рассчитывая на поддержку содружества, не получают ее в желаемой мере — нейтралитет сохраняет Германия, негласный лидер ЕС. Берлин выбрал такую тактику не случайно, несмотря на то, что это неизбежно влияет на его отношения с Афинами.

«ФРГ на стороне Турции»: почему Меркель не защищает Грецию

27 и 28 августа министры иностранных дел стран Евросоюза проводят неформальную встречу. Одна из главных тем переговоров — конфликт двух членов ЕС — Греции и Кипра с Турцией.

Встреча проходит в Берлине, столице председательствующей в Совете ЕС Германии, от которой Афины ожидают большей вовлеченности в конфликт с Анкарой.

Сначала предметом конфликта между сторонами стали запасы нефти и газа в спорных водах Восточного Средиземноморья, затем — сами спорные воды.

В конце прошлого года президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и глава Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Файез Саррадж утвердили подписанный меморандум о военном сотрудничестве и о взаимопонимании по морским зонам. Саррадж получал поддержку Анкары во внутреннем конфликте с с Ливийской национальной армией, Эрдоган — укрепление позиций в Средиземном море, ресурсы которого поделили без Турции, которая предъявляет свои права в связи с претензиями на северную часть Кипра.

Меморандум о взаимопонимании по морским зонам проводит вертикальную линию через Средиземное море, нарушая планы Греции, Кипра и Израиля на разведку месторождений нефти и газа. Кроме того, представленная Турцией карта не признает право на шельф за греческими островами.

6 августа Египет и Греция подписали соглашение о демаркации морских границ и установлении исключительной экономической зоны в Средиземном море.

Турция, предсказуемо, документ не приняла.

10 августа турецкое судно Oruç Reis проложило кабели для проведения бурения около греческого острова Кастелоризо — в территории, которую Афины считают своим континентальным шельфом. В результате десятки греческих и турецких судов выстроились друг напротив друга, что лишь усилило опасения о том, что любая провокация может спровоцировать полномасштабный конфликт. Недавно греческий фрегат столкнулся с турецким кораблем — официальной информации об инциденте практически нет, однако понятно, что напряжение в регионе растет.

Накануне глава МИД Греции Никос Дендиас объявил, что Афины расширят свои территориальные воды с шести до 12 морских миль к югу от острова Крит в Средиземном море в зонах, которые были разграничены в рамках соглашения с Египтом. И хотя расширение не оказывает прямого влияния на спор между Грецией и Турцией, премьер-министр Греции Кириакос позже сообщил, что Афины могут расширить свои воды и в других направлениях.

Турция же неоднократно предупреждала, что подобное движение вдоль восточного побережья Греции станет поводом для объявления войны.

Афины же нервирует появление и работа турецкого исследовательского судна и сопровождающих его военных кораблей в своих территориальных водах.

Министр обороны Турции Хулуси Акар не стал отвечать на вопрос, покинет ли Oruç Reis регион. Зато он дал понять, что Анкара более не намерена считаться с интересами членов ЕС. «Исследования будут проводиться столько, сколько потребуется. Мы полны решимости защищать свои права», — сказал он.

Отзывчивый Париж и предусмотрительный Берлин

Понятно, что членство в ЕС уже не является для Турции каким бы то ни было аргументом. Поводом для ухудшения отношений Анкары и Брюсселя предостаточно, в конце концов, Турция по-прежнему ссылается на невыполнение Евросоюзом своей части договоренностей соглашения о мигрантах — финансирование для содержания беженцев в Турции, активизация переговоров о вступлении страны в ЕС и либерализация визового режима.

А вот для Греции членство в содружестве — весомый аргумент, благодаря которому она надеялась заручиться поддержкой у старших партнеров по Евросоюзу — Франции и Германии. С Парижем проблем не возникло — публичные перепалки между президентами Франции и Турции по самым разным поводам стали уже привычными. Париж, не долго думая, пришел на помощь Афинам, причем не только на словах, но и на деле.

13 августа президент Франции Эммануэль Макрон объявил, что Париж усилит свое военное присутствие в Восточном Средиземноморье. На этот шаг он пошел после телефонного разговора с греческим премьером Кириакосом Мицотакисом.

А вот Германия действует куда более осторожно — безусловной поддержки от нее Греция так и не получила. Единственное, что предлагает ей Берлин — роль посредника в переговорах с Турцией.

Во вторник глава МИД Германии Хайко Маас посетил Афины и Анкару, надеясь урегулировать их конфликт.

«Одно сообщение состоит в том, что Германия и весь Европейский союз твердо солидарны с Грецией. Другое, не менее важное сообщение, заключается в том, что сейчас нам абсолютно и немедленно нужны сигналы о деэскалации и готовности к диалогу. Окна для диалога между Грецией и Турцией теперь должны открываться, а не закрываться. Для этого, вместо новых провокаций, нам нужно предпринять шаги в направлении разрядки и начать прямые переговоры», — сказал он.

Впрочем, такой поддержки Греции недостаточно, и предусмотрительность Берлина, скорее, разочаровывает власти этой страны.

Греция требует большего

«У нас с Германией совершенно разные взгляды на то, как нам следует вести себя с нашим соседом. Мы не можем продолжать их ласкать — Турция раз и навсегда отказалась от западных ценностей; период умиротворения закончился. У Германии неправильное представление о намерениях другой стороны», — заявил Politico высокопоставленный греческий дипломат.

Нельзя при этом сказать, что Берлин занял позицию полного невмешательства.

Германия все же сыграла свою роль в попытке разрядить напряженность между Афинами и Анкарой. В конце июля Ангела Меркель позвонила премьер-министру Греции и президенту Турции. После этого Анкара заявила, что приостановит планы разведки у острова Кастелоризо в пользу переговоров с Грецией. Вскоре, однако, появилась новость о соглашении между Египтом и Грецией о демаркации морских границ.

Диалог между Афинами и Анкарой, назначенный на конец августа, тут же был отменен турецкой стороной. Соглашение Греции и Египта, пришлось не по нраву Берлину. Как сообщают зарубежные СМИ со ссылкой на источники, в Германии были раздосадованы тем, что о своих договоренностях Афины объявили почти сразу после того, как Турцию удалось убедить пойти на диалог.

Официальный представитель правительства Германии Штеффен Зайберт заявил на пресс-конференции в Берлине, что ФРГ приняла к сведению подписание греко-египетского соглашения. При этом он воздержался от других комментариев по этому вопросу, добавив, что для Греции и Турции важно вести прямые переговоры и избегать любой дальнейшей эскалации.

Афины, тем временем, ссылались на секретность своего диалога с Каиром, заявляя, что в противном случае Анкара могла сорвать заключение соглашения.

Впрочем, Греция продолжает настаивать на большем участии Германии в ее конфликте с Турцией. Во вторник министр обороны Греции Николаос Панагиотопулос связался со своей немецкой коллегой Аннегрет Крамп-Карренбауэр и заявил, что Афины готовы начать переговоры с Анкарой только в том случае, если Турция выведет свои военные корабли и сейсмические исследовательские суда из региона.

Более того, Панагиотопулос подчеркнул роль Европейского союза и председательства Германии в содействии «восстановлению безопасности и стабильности в регионе».

Разногласия между Афинами и Берлином проявились в другом вопросе — белорусском. Politico со ссылкой на источники утверждает, что именно Греция заблокировала совместное заявление Евросоюза, осуждающее подавление протестов в республике после президентских выборов, поскольку Германия не приняла жесткие формулировки в отношении действий Турции в Средиземном море. В результате вместо совместного заявления от 27 стран содружества, что стало бы куда более весомым политическим жестом, верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель выступил с самостоятельным заявлением.

Плата лояльностью

Вместе с тем, утверждать, что Германия выбрала для себя роль посредника, и ее тактика не является следствием защиты собственных интересов, нельзя. Как отмечает директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Тимофей Бордачев, для Берлина крайне важно не ухудшать свои собственные отношения с Анкарой, в частности, из-за все той же сделки о беженцах, которая спасла Евросоюз от мигрантского кризиса.

«Берлин не занимает позицию посредника, Берлин пытается изображать из себя посредника, при том что явно выступает на стороне Турции.

У Германии с Турцией сделка по вопросу о беженцах. Эта сделка имела достаточно показушный характер и поэтому Эрдоган сейчас немецкое правительство достаточно эффективно контролирует. Если немецкое правительство не будет блокировать в Европейском союзе антитурецкие мероприятия и антитурецкие заявления, то Эрдоган вернется к вопросу о беженцах», — отмечает эксперт.

25 августа 2015 года Германия приостановила действие Дублинского соглашения в отношении сирийцев, тем самым прекратив высылать беженцев из Сирии в ту страну Евросоюза, в которую они прибыли изначально. «Мы справимся», — сказала Меркель и провозгласила политику «открытых дверей».

Достаточно скоро вся Европа столкнулась с крупнейшим кризисом беженцев со времен Второй мировой войны, что, в том числе, породило антигерманские настроения в тех странах, которые из-за своего географического положения приняли удар на себя. Меркель снова пришлось искать выход.

В 2016 году Евросоюз и Турция заключили договор о приеме беженцев, высланных из европейских стран, Турция взяла на себя обязательство сдерживать нелегальную миграцию.

Надо сказать, что с этой задачей Анкара справляется весьма хорошо, избавляя Европу и, главное, Германию, от головной боли. И турецкое руководство прекрасно осознает масштабы своей услуги.

«Не думаю, что кто-то собирается устраивать войну, но, одновременно, у Эрдогана есть понимание того, что для Германии лично сохранение сделки с ним является принципиально важным и он этим будет шантажировать Берлин, — отмечает Тимофей Бордачев. — Политика «открытых дверей» для Германии, которая важна на пропагандистском уровне для Меркель, возможна тогда, когда не для кого открывать двери. Если Эрдоган двери откроет, вот тогда Германии придется отвечать за свои слова, а этого ей делать не хочется».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *