5 лет терактам в Париже: как Франция борется с исламистами

Прослушать новость

Остановить прослушивание

5 лет терактам в Париже: как Франция борется с исламистами

Пострадавшая женщина и медики около театра «Батаклан» после теракта в Париже, 13 ноября…

Пострадавшая женщина и медики около театра «Батаклан» после теракта в Париже, 13 ноября 2015 года

Thibault Camus/AP

Вечером 13 ноября 2015 года Париж и его окрестности столкнулись с серией нападений, при которых погибли 130 человек. После этих событий во Франции заговорили о необходимости реформировать Шенгенскую зону и усилить контроль за мигрантами. Прошло пять лет, и во французских городах снова слышны звуки выстрелов. О том, как республика переживала нападения и что делают ее власти для борьбы с терроризмом сейчас — в материале «Газеты.Ru».

5 лет терактам в Париже: как Франция борется с исламистами

«Я шел по трупам, было очень много крови»

Все началось 13 ноября в 21.00 по местному времени — в этот момент взрывы прогремели недалеко от стадиона «Стад де Франс» в Сен-Дени, где проходил футбольный матч между сборными Франции и Германии. Три вспышки — три смертника с «поясами шахидов», подорвавшихся в двух заведениях быстрого питания и баре рядом со стадионом. Жертвами стали три человека.

Другая группа террористов из трех человек в тот же час атаковала кафе и рестораны на северо-востоке Парижа. На бульваре Шаронн погибли 18 человек, на улице Фонтен-о-Руа — пять человек, на улице Аллибер — 14.

Больше всего жертв унесла атака на концертный зал «Батаклан», где проходил концерт американской рок-группы Eagles of Death Metal – там собрались около 1,5 тысячи поклонников коллектива. Все они оказались в заложниках у террористов, которые открыли по людям огонь.

«Два или три человека вошли в зал и начали стрелять вслепую из автоматического оружия, — рассказывал очевидец событий Жульен Пирс. — Один был с автоматом Калашникова. Это продолжалось десять или пятнадцать минут. Они перезаряжали обоймы три или четыре раза… Сцена просела, потому что на ней было очень много людей. Я лежал на звуковом пульте… Потом я шел по трупам, было очень много крови. На улице тоже были мертвые… Это была кровавая баня».

После непродолжительных переговоров с захватчиками, которые отказались выдвигать какие-либо требования, полиции пришлось пойти на штурм «Батаклана». В общей сложности операция спецназовцев длилась три минуты — за это время они успели убить одного из захватчиков, который стрелял по людям. Двое других подорвали себя на верхнем этаже здания. Жертвами нападения стали 89 человек.

В ночь на 14 ноября на территории всей Франции был введен режим чрезвычайного положения, усилен пограничный контроль. Общественные мероприятия отменились, достопримечательности были закрыты. Впервые в своей истории вход для посетителей был закрыт в Диснейленде. Французские силы обеспечения правопорядка и военные были мобилизованы на высшем уровне.

По данным СМИ, ответственность за серию атак взяла на себя террористическая группировка «Исламское государство» (организация запрещена в России), запрещенная в России. Парижская прокуратура возбудила уголовное дело по статье «Убийство, связанное с терроризмом» по шести инцидентам.

В конце марта 2016 года премьер-министр Франции Мануэль Вальс сообщил, что по делу о терактах 13 ноября 2015 года в столичном регионе Франции проходят свыше 30 человек. Из них 11 мертвы, 12 находятся в тюрьме, другие — в розыске.

В суд дело о терактах 2015 года попало только в 2020 году. В нем насчитывается около миллиона страниц, собранных в 472 тома. Список обвинений занимает 348 страниц. Фигурантами дела были признаны 20 человек.

Ключевой из них — Салах Абдеслам, единственный выживший член ячейки, устроившей нападения. Он был задержан в марте 2016 года в Брюсселе и с тех пор находится в камере предварительного заключения, как и еще десять обвиняемых. Еще трое находятся под «судебным контролем», шестеро заочно арестованы. По данным спецслужб, они могут быть уже мертвы.

«Систему нужно реформировать»

После терактов в Париже экс-президент Франции Николя Саркози предложил свой метод борьбы с террором: в эфире главного французского телеканала TF-1 он заявил, что на радикальных исламистов можно надевать специальные электронные браслеты — они, по его мнению, могли помочь контролировать потенциальных преступников и избежать новых терактов. Должны ли участвовать в этой акции все 11,5 тысячи человек, которые значатся в списке представляющих угрозу безопасности страны, Саркози не уточнил. 

После ноябрьских событий президент Франции Франсуа Олланд также предложил расширить полномочия государства при применении чрезвычайных мер, в том числе ареста и обысков. До сих пор полномочия эти были ограничены, а сам режим ЧП мог быть введен только на 12 дней. Теракты послужили толчком для того, чтобы продлить его до трех месяцев — это решение было принято 19 ноября 2015 года Национальным собранием Франции.

На тот момент, согласно данным Европола (полицейской службы ЕС),

Франция занимала первое место в Европе по числу приверженцев радикального ислама.

Нападение террористов дало повод политикам правого крыла заговорить о жестком регулировании потока мигрантов. «За несколько лет до теракта несколько европейских партий правого толка требовали [от своих правительств] более жесткой политики по отношению к мигрантам. Долгое время государства Европы были наивными в том, что касалось исламского радикализма и терроризма, который с ним неразрывно связан. Я уверен, что серия терактов откроет многим глаза и уже простые люди потребуют от властей реакции», — говорил в 2015 году «Газете.Ru» член парламента Финляндии от партии «Истинные финны», участник Большого комитета заксобрания страны по делам беженцев Ело Симон.

«Необходимо осознать, что Шенгенский договор был разработан не для нынешней ситуации с беженцами и поэтому в современных условиях функционировать не может. Европейскому союзу нужен новый договор, регулирующий перемещение через границы, а также более строгий контроль на этих самых границах», — заявлял изданию лидер бельгийской партии «Фламандский интерес» Том ван Грикен.

В результате основной мерой, которую приняли французские власти после нападений в 2015 году, стало ужесточение контроля на границе государства и усиление правоохранительных мер в целом.

И снова теракты

В начале октября 2020 года действующий президент Франции Эммануэль Макрон выступил с программной речью, в которой заявил о необходимости построить «просвещенный» ислам и продолжать борьбу с терроризмом во Франции.

Эта проблема в значительной степени обострилась после убийства парижского школьного учителя Самюэля Пати, который был обезглавлен 18-летним молодым исламистом после того, как на уроках показывал карикатуры на пророка Мухаммеда. Резко осудив этот инцидент, Макрон стал главным объектом нападок со стороны мусульманского мира, припомнившего ему намерение «реформировать ислам».

Далее по Франции прокатилась серия нападений. 29 октября 21-летний выходец из Туниса, вооруженный ножом, напал на прихожан собора Нотр-Дам в Ницце. В результате атаки погибли три человека, мужчина был задержан. В этот же день нападения произошли в Авиньоне и в Париже, а также в саудовской Джидде, где злоумышленник атаковал охранника французского консульства. Еще одно нападение было совершено 31 октября на 52-летнего священника греческой церкви в Лионе. Мужчина дважды выстрелил в жертву. Пострадавший был госпитализирован в тяжелом состоянии.

После прокатившихся осенью 2020 года терактов во Франции вновь заговорили о желании «реформировать Шенгенскую зону». Президент Франции Эммануэль Макрон поднял этот вопрос на мини-саммите с канцлером Австрии Себастьяном Курцем, канцлером Германии Ангелой Меркель и председателем Европейского совета Шарлем Мишелем.

«Терроризм, от Парижа до Брюсселя, через Берлин, Вену, Барселону, Копенгаген, — это европейская реальность, на которую мы должны дать ответ. Мы должны работать над пересмотром функционирования Шенгенской зоны, чтобы она стала зоной безопасности, что предполагает усиление безопасности внешних границ ЕС и улучшение механизмов оценки работы Шенгена, включая санкции в отношении тех, кто не соблюдает свои обязательства. Я также выступаю за организацию полноценного Совета внутренней безопасности [ЕС]», — заявил Макрон.

Кроме того, президент Франции также выступил за изъятие в течение часа радикального контента из интернета и призвал к усилению контроля приема беженцев в странах Шенгенской зоны.

Однако, как отмечал в разговоре с «Газетой.Ru» эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер, французский президент напрасно ставит перед Евросоюзом далеко не общую для всех проблему — в первую очередь, ему не стоит игнорировать значительную часть причин, которые привели к распространению радикального ислама в стране.

«Но ведь африканские и исламские гетто вокруг Парижа сложились не сейчас. Они сложились давно и давно были источниками преступности, бедности, неустроенности и всех прочих социальных проблем. Естественно, что там, где есть социальные проблемы, есть место радикализму. Вместо того чтобы решать проблемы инклюзивной интеграции этих частей французского общества, Макрон ищет политический террористический и радикальный ислам», — считает эксперт.

Иными словами, происходящее сегодня во Франции — это сугубо проблема Франции. Для того чтобы ее решить, Париж должен изменить свою политическую систему, пояснял собеседник «Газеты.Ru».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *