«Долина соблазна»: неоновая драма про грустных стриптизерш с юга США

Прослушать новость

Остановить прослушивание

«Долина соблазна»: неоновая драма про грустных стриптизерш с юга США

Кадр из сериала «Долина соблазна» (2020)

Кадр из сериала «Долина соблазна» (2020)

Chernin Entertainment

На Starz и в «Амедиатеке» начался показ сериала «Долина соблазна» — экранизации пьесы про темнокожих стриптизерш из захолустного клуба в дельте Миссисипи, «самом южном месте на Земле». Кинокритик «Газеты.Ru» Павел Воронков посмотрел первые четыре эпизода шоу — и рассказывает, насколько удачной вышла смесь американской южной готики и социальной драмы с избытком неона.

«Долина соблазна»: неоновая драма про грустных стриптизерш с юга США

В конце нулевых американская писательница, сценаристка, актриса, музыкантша, активистка, (спортсменка, комсомолка и просто красавица) Катори Холл попробовала танцы на пилоне и пришла в ужас от того, насколько это тяжело. Следующие шесть лет она ездила по южным штатам и расспрашивала местных стриптизерш об их опыте. Рассказы почти 40 героинь легли в основу пьесы «Долина кисок». Года через три материалом заинтересовался канал Starz, не чурающийся табуированных тем, — в 2016-м там вышла адаптация эскорт-драмы Стивена Содерберга «Девушка по вызову» (без Саши Грей, но с Райли Кио).

Холл помимо прочего получила кадровый карт-бланш и наняла для восьми серий первого сезона восемь режиссерок: в обойму попали, например, Кимберли Пирс («Парни не плачут») и Карина Эванс, снимавшая клипы Дрейку и SZA. Благодаря этому «Долина соблазна» (оригинальное «Pussy Valley» сжалось до приемлемого в эфире «P-Valley», у нас пошли чуть дальше) обеспечила себе единственно верный взгляд на происходящее: женский. Под прицелом такой оптики сохранились неизбежные для сферы стриптиза эротизм и сексуальность, а вот объектность действующих лиц — исчезла.

«Долина соблазна»: неоновая драма про грустных стриптизерш с юга США

Кадр из сериала «Долина соблазна» (2020)

Кадр из сериала «Долина соблазна» (2020)

Chernin Entertainment

Свойства патриархального, как правило, толка не наслаиваются на героинь волей смотрящего, они исходят от них самих. В кадре оказываются не только изобретательно поставленные танцы на сцене, обычно механически возбуждающие зрителя, но и изнурительные тренировки, после которых не остается сомнений: это адский труд. В целом нагота честно используется для раскрытия характеров и не является самоцелью, обнажая ровно столько, сколько нужно для истории. Эти женщины творят на сцене настоящее волшебство, однако их судьбы не всегда похожи на страстный танец, сообщает пресс-релиз. Так что на первом плане — личные драмы девушек и их босса, небинарной персоны по кличке Дядя Клиффорд (наблюдать за его нарядами — отдельное удовольствие).

Сам клуб The Pynk — фактически еще одно действующее лицо (название кажется неслучайным и должно отсылать к песне Жанель Монэ о цвете, объединяющем всех нас, поскольку его «можно отыскать в самых глубоких и темных уголках человека»). Здесь вспоминается недавний сериал Дэмьена Шазелла «Водоворот» — о так же загибающемся джаз-баре в парижской подворотне, пристанище обделенных и оставленных. Но если в шоу автора «Ла-Ла Ленда» речь шла об эскапизме и уходе от проблем, то обитателям The Pynk бежать особенно некуда. Это не «Шоугелз», где можно пробиться на условную вершину и выйти на сцену отеля Stardust. Пилон посреди гадюшника — прискорбный предел мечтаний и амбиций. Или нет?

«Долина соблазна»: неоновая драма про грустных стриптизерш с юга США

Кадр из сериала «Долина соблазна» (2020)

Кадр из сериала «Долина соблазна» (2020)

Chernin Entertainment

«Долина соблазна» все же старается обнаружить в унынии и разрухе проблески красоты. Сериал виртуозно работает с цветом и светом: визуально он близок к зумерской «Эйфории» и топит себя в море неона. А стилистически и интонационно — к южной готике и нуару, отчего на ум приходит то ли «Настоящая кровь», то ли «Настоящий детектив». С той разницей, что это история о темнокожих, которые до сих пор регулярно сталкиваются с несправедливостью, несмотря на свою многочисленность (почти 40% жителей Миссисипи — афроамериканцы): в штате, например, еще пару лет назад существовала почти полностью черная школа. Поэтому в «Долине соблазна» почти беспрерывно звучит трэп, а через водопад «битч» и слов на «н» бывает тяжеловато продраться.

Но это не делает сериал специальным и узконаправленным (что в любом случае не подразумевает меньшую интересность), он будет захватывать, даже если вы живете максимально далеко от «самого южного места на Земле». Шоу странным образом рифмуется (даже на этапе заставки) с российскими «Чиками» — сериалом про проституированных женщин с такого же многообразного юга и попытках прийти к лучшей жизни. Что Кавказ, что Миссисипи: физическое и психологическое насилие, потребительское отношение к женщинам, социокультурный компот, в котором плавают порочность и набожность, везде находят себе дорогу. И не так важно, звучит на фоне Иван Дорн — или Jucee Froot.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *