«Зомбификация бизнеса»: стоит ли России надеяться на восстановление Европы

Прослушать новость

Остановить прослушивание

«Зомбификация бизнеса»: стоит ли России надеяться на восстановление Европы

Lewis Joly/AP

Европейская экономика восстановится и вернется к докризисному уровню только к концу 2022 года, считают эксперты ВШЭ. Не исключен даже долгосрочный застой и зомбификация европейского бизнеса. Это неизбежно отразится и на росте товарооборота с Россией. Сохранятся между странами и политические барьеры, которые по-прежнему будут тормозить рост российского ВВП.

Rambler-почта
Mail.ru
Yandex
Gmail
Отправить письмо

Скопировать ссылку

«Зомбификация бизнеса»: стоит ли России надеяться на восстановление Европы

Европейская экономика восстанавливается, пройден уровень 2017 года, но темпы оставляют желать лучшего. Такую оценку на основе данных Евростата дают эксперты Высшей школы экономики.

«По состоянию на конец 2020 года реальный ВВП Евросоюза оставался примерно на 4,5% ниже докризисного уровня (IV квартал 2019 года) и максимально близким к уровню, который последний раз наблюдался в начале 2017 года», — говорится в исследовании «Европейские экономические настроения: «новая сдержанность» и старые угрозы «долгосрочного застоя».

В этом году ожидаемый рост ВВП Евросоюза составит 4,2%. А в следующем будет лишь немногим больше 4,4%.

В итоге, все национальные экономики ЕС, несмотря на очевидные различия в уровне доходов и расходов, «способны вернуться на докризисный уровень развития только к концу 2022 года», заключают эксперты ВШЭ.

Европейская комиссия, по оценке российских экспертов, признает, что восстановление затягивается, что имеется предрасположенность евроэкономики к долгосрочной стагнации, и оправдывает это продолжающейся пандемией. Власти ЕС характеризуют текущую ситуацию как «шок исторического масштаба».

Неравенство доходов и старение населения

При этом попытки властей Евросоюза разогнать экономический рост за счет масштабной накачки деньгами оцениваются российскими экспертами скептически: возникают риски разбалансированности экономики без гарантии выхода на траекторию устойчивого роста.

«Среди основных аргументов об усилении рисков «долгосрочной стагнации» в постпандемической европейской экономике налицо все известные «структурные препятствия»: старение населения, рост неравенства доходов, снижение среднего уровня образования, и, наконец, низкий уровень потенциального роста», — отмечают эксперты ВШЭ.

Они также указывают на высокий уровень государственного долга, что ведет к неустойчивость государственных финансов. «В 2021 году возможно достижение пика госдолга. Господдержка бизнеса и домашних хозяйств сыграла жизненно важную роль в смягчении воздействия пандемии на экономику, но привела к увеличению уровня задолженности всех национальных экономик ЕС», — указывают эксперты со ссылкой на данные Еврокомиссии. По прогнозам ЕК, совокупный дефицит сектора государственного управления в европейской экономике способен увеличиться примерно на 0,5% до 7,5% ВВП по итогам этого года.

Наконец, эксперты ВШЭ указывают на избыточную задолженность бизнеса в условиях низких процентных ставок, на риски «зомбификации бизнеса» (когда компании числятся среди действующих, но почти не производят продукции). Все более явными для большинства стран ЕС становятся перспективы затяжной безработицы, заключают эксперты ВШЭ.

Деловая активность восстанавливается практически во всех крупнейших экономиках мира с конца 2020 года, сильнейшую динамику демонстрируют США, Китай и Великобритания, отмечает главный экономист Евразийского банка развития и Евразийского фонда стабилизации и развития Евгений Винокуров. «А вот в ЕС процесс восстановления экономики действительно не такой сильный, что связано в первую очередь с продлением эпидемиологических ограничений», — говорит Винокуров.

Тем не мене ЕЦБ опубликовал на этой неделе обновленный макроэкономический прогноз, в котором улучшил оценки по экономическому росту и в отличие от Еврокомиссии Европейский центробанк ожидает возвращение экономики ЕС на докризисный уровень уже в четвертом квартале этого года, уточняет Винокуров. Основные драйверы восстановления — инвестиции и экспорт.

Если же оправдается прогноз о вялом восстановлении европейской экономики, или даже о стагнации, то это, конечно же, негативно отразится на темпах роста ВВП в России, отмечают эксперты, опрошенные «Газетой.Ru». Евросоюз занимает первое среди основных торговых партнеров России, а Россия – на пятом месте среди основных торговых партнеров ЕС, уточняет завкафедрой международной безопасности и внешнеполитической деятельности Института права и национальной безопасности РАНХиГС Александр Михайленко.

Пик давно пройден

«Пик взаимного товарооборота РФ и ЕС был достигнут в 2013 году (314 млрд евро). До пандемии, то есть в 2019 году торговля между нами составляла 233 млрд евро. В 2020-м товарооборот снизился до 174 млрд евро», — уточняет Михайленко.

По его оценке, быстрее всего восстановление торговых связей состоится в сфере энергоресурсов, поскольку Европе сейчас потребуется больше нефти и газа.

На руку России играют высокие мировые цены на энергоресурсы и сырье, добавляет Винокуров из Евразийского банка. По его оценке, стоимостные объемы экспорта РФ в ЕС, вернутся на докризисный уровень в конце 2021 – начале 2022 года, по крайней мере, в секторе энергоресурсов.

«Медленнее будет восстанавливаться (если будет вообще) товарооборот в высокотехнологичных отраслях, потому что политика сдерживания России со стороны Запада в целом, и ЕС в частности, будет продолжена», — считает Михайленко из РАНХиГС.

Структура товарооборота между РФ и ЕС и после пандемии принципиально не изменится, считает директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков. Он согласен, что российский экспорт в европейские страны — прежде всего, более чем наполовину, состоит из топлива — нефти и продуктов ее перегонки. «А лидеры в несырьевом неэнергетическом экспорте: золото, платина, пшеница, меслин, полуфабрикаты из железа или нелегированной стали, лесоматериалы. Эти товарные позиции и будут востребованы сейчас Евросоюзом в первую очередь», — говорит Кабаков.

В свою очередь, Россия закупает в странах ЕС преимущественно оборудование и машины, химические и готовые товары, что и поможет ожить после пандемии оптовой торговле в соответствующих отраслях, добавляет Кабаков из «Финам».

Пандемия просто добила товарооборот, обвалившийся в 2014 году из-за санкций и ответного эмбарго, отмечают эксперты. «С тех пор сокращаются и инвестиции из ЕС в Россию», — отмечает профессор экономического факультета РУДН Людмила Шкваря. «Но можно говорить, что это к лучшему, так как экономическая ситуация в ЕС, развивающаяся с прошлого года, оказывает негативное влияние на российскую экономику из-за массовых локдаунов», — говорит Шкваря.

Политизация мешает росту ВВП

Восстановление торговли России с ЕС не столь актуально, как кажется, считает профессор РУДН. «Экономическое сотрудничество с ЕС чересчур политизировано, то есть оно зависит от огромного количества неэкономических факторов, к тому же ЕС не всегда может самостоятельно определять свои экономические интересы и в соответствии с этими интересами адекватно реагировать на происходящие процессы», — говорит Шкваря.

По ее мнению, сейчас актуальнее других задача наращивания товарооборота России и Китая. «Перспективы по объему и структуре товарных потоков там выше, и они устойчивее», — отмечает Шкваря.

Что касается торговли с Европой, то товарооборот с ней в любом случае восстановится до прежних объемов, как минимум 2019 года, отмечает эксперт. «Это объективно, ведь глобальную тенденцию на экономический, а значит, и торговый рост никто не отменял. До уровня 2019 года, возможно восстановление прежних объемов к 2022-2023 году, особенно если реально заработает «Северный поток — 2», — прогнозирует профессор РУДН.

На политические барьеры против восстановления торговли между РФ и ЕС указывает и Михайленко из РАНХиГС. «Долгосрочная тенденция состоит в падении доли ЕС во внешней торговле России. С 2001 по 2020 годы эта доля в импорте России сократилась с примерно 42 до 34 %, а в экспорте России — с 50 до 34%. Эта тенденция объясняется в основном политическими причинами», — говорит Михайленко, добавляя, что, скорее всего, «будут появляться новые поводы для санкций и других ограничений».

Снижению товарных потоков между Москвой и Брюсселем способствует и переориентация экономических связей самой России в пользу Востока и стран Азиатско-Тихоокеанского региона, резюмируют эксперты.

«Зомбификация бизнеса»: стоит ли России надеяться на восстановление Европы

Lewis Joly/AP

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *